Памяти убиенного иерея Олега Ступичкина


7996fbd4b12cc23c55fbc5694bca5547

«Трудно выбирать Крест во времена антихриста. Да ведь в том и тайна, что Крест – сила»: Памяти убиенного иерея Олега Ступичкина

Душа изнывает от раны,
Гнетущие язвы в груди –
Не нужно сдаваться во брани,
Господь на Кресте – победи!
Ах, это тревожное время
И эти пустые мечты –
Отбросим греховное бремя,
Поднимем на плечи Кресты!..
(Священник Олег Ступичкин)

Вечером шестого января 2007 года, в Рождественский Сочельник, в поселке Нейво-Сусанн (после революции – Нейво-Шайтанский), рядом с г. Алапаевском, двумя бандитами был убит иерей Олег Ступичкин, настоятель храма свв. апостолов Петра и Павла. Сегодня мы хотим рассказать читателям об этом замечательном священнике, имевшем твердые убеждения по многим актуальным для современной жизни вопросам и запечатлевшем их своей мученической кровью.

Отец Олег был редкого внутреннего горения исповедником, наставником и духовником, вытаскивавшим со дна греховного простого человека русской глубинки – главную опору нашей Православной Отчизны. Призывом к покаянию у него был не строгий укор, но пробуждение задремавшей совести, от чего у человека рождалось желание в корне изменить свою жизнь.

С юности Олег Ступичкин проявил себя как человек незаурядный, художник и поэт, но Господь определил ему стать священником. Во время его продолжительной болезни жена поехала молиться по монастырям и от старца Иеронима Санаксарского услышала, что ее мужу надо принять священство. Известие было воспринято как призвание свыше, святая воля Божия. Отец Олег твердо последовал за Христом и остался верным Ему до смерти.

Рукоположил отца Олега митрополит Оренбургский и Бузулукский Леонтий. Первые несколько месяцев он служил в кафедральном Никольском соборе, где ему очень помогали опытные духовные наставники, настоятель храма, а также сам владыка Леонтий, жизнь которого являлась для священника примером. Владыка был духовным столпом того времени – стоял за веру Православную, при нем открылось множество храмов. Потом иерея Олега назначили в пос. Донгуз в церковь вмч. Георгия Победоносца. К нему приезжало много верующих из Бузулука, Абдулина, Сакмары, Оренбурга, всей Оренбургской области; люди стремились за советом, как жить в миру, как спасаться. Приходили духовно больные, пьяницы, наркоманы…

Неподалеку от Донгуза находилась воинская часть, при поддержке командования которой жилой дом был переоборудован под церковь. Отец Олег получил благословение окормлять личный состав этой части. Ревностного полкового священника полюбили сразу все, от простого солдата до командира. С каждым он говорил об Императоре Николае II, рассказывал замечательные случаи из его жития. И сразу становилось ясно: хорошо нам было жить с Батюшкой-Царем. На присягу отец Олег всегда приходил с иконой Государя, на всех богослужениях молился о грядущем Православном Монархе. Конечно, далеко не все стали убежденными монархистами, но духом чувствовали: раз батюшка так говорит – значит, говорит не напрасно. Его слову верили, ибо звучало оно «со властью».

Наступил 2000-й год. Остро встали проблемы номеров, новых паспортов, тотального контроля. По всей стране стали активно присваивать идентификационные номера как физическим, так и юридическим лицам. Когда из налоговой инспекции на приход св. Победоносца Георгия пришло письмо с требованием принять ИНН, отец Олег без колебаний отказался. «Мы просто не могли не отказаться от ИНН. У нас молитвенный дом во имя вмч. Георгия Победоносца; что же мы – Святому присвоим номер?! Церковь – вовсе не организация, как многие считают („примем номер на организацию, а сами останемся без номеров…“). Нет, Церковь – мистическое Тело Христово», – так объяснил свою позицию священник в интервью корреспонденту газеты «Благовест».

Батюшка пошел в налоговую инспекцию и сказал: «Я не буду брать идентификационный номер». Ему ответили: «Тогда не будешь получать зарплату». Так семья лишилась основных средств к существованию. Стали питаться от панихидного стола и треб. И, милостью Божией, продукты в доме священника не оскудевали.

На вопрос из того же интервью: «Многих пугает необходимость выбора. „Как проживем без пенсии, без зарплаты?“», батюшка отвечал: «Трудно выбирать Крест. Да ведь в том и заключается спасительная тайна Креста, что он имеет силу!.. Безплодны все надежды, кроме надежды на Бога. Потому что и во времена антихриста лишь вначале будет впечатление, что все пошло лучше некуда. Посредством кодового ключа диавол уберет ту порчу, которую сам навел на национальную экономику, на сознание людей. Даст хлеб – взамен души. Тебе, душе твоей, твоей личности присвоят номер. <…> Но вскоре Господь уберет те блага, которые, оказывается, именно Он и давал все время. Уберет Свою благодать. Земля перестанет родить, начнутся разные бедствия. И поклонившиеся диаволу будут предоставлены самому диаволу – начнутся губительные разрушительные процессы. И не прокормят их так вдохновлявшие поначалу реформы. Верных же благодать Божия прокормит».

Нового паспорта отец Олег тоже не взял и о своей позиции заявлял прямо и безкомпромиссно, более того – изложил ее письменно перед правящим архиереем, митрополитом Валентином.

Вскоре отца Олега перевели за 40 километров от Донгуза – в г. Соль-Илецк, где находится тюрьма для спецконтингента, названная самими заключенными «Черный дельфин». Именно туда и был назначен батюшка – окормлять отбывающих наказание. Впрочем, он уже давно был постоянным гостем в «Черном дельфине». Ездил туда на попутках, а чаще – на велосипеде.

Затем семья священника переехала в монастырь «Спорительница хлебов» г. Среднеуральска, а в январе 2005 года отец Олег был назначен настоятелем храма апостолов Петра и Павла в Нейво-Шайтанском. Община там уже существовала, но постоянной службы в храме не было. Первое, что сказал Батюшка матушке Марине после осмотра руин: «Надо молиться». И они приходили на молитву ежедневно, нередко в пустой храм. В таких случаях отец Олег выходил из алтаря и помогал матушке петь. После каждой службы обходили Крестным ходом святыню. Священник сам пек просфоры, а по ночам охранял храм.

Постепенно умножалась и община прихода, которая не искала личных выгод, но желала употребить все силы на благое дело. Впрочем, не обошлось без искушений. Некоторые «обиженные» бабушки, заправлявшие прежде приходом, направили письмо Владыке с докладом о «богослужебных нарушениях» отца Олега. Разбираться приехал секретарь епархиального управления. Первое, что увидел он при въезде в село – пятиметровый Поклонный крест на высоком холме. Внизу – храм в строительных лесах. На сельском кладбище – тоже Поклонный крест в честь защитников Святой Руси, установленный в день 60-летия Победы в Великой Отечественной войне. После чинного, благоговейного богослужения во вновь восстановленном приделе храма секретарь тихо шепнул батюшке: «Служи, отец, и никого не бойся».

После вечерней службы 6-го января 2007 года прихожане храма Петра и Павла разошлись по домам. Батюшка Олег вместе с женой Мариной задержался в церкви, чтобы привести все в порядок. Родителям помогали 7-летний Ваня и 15-летняя Ксюша. Выходя из храма, батюшка заметил двух парней, направлявшихся к ним. «Видимо, припозднились к вечерней службе, – сказал жене священник. – Идите домой, я скоро вернусь». Матушка, привыкшая к поздним посетителям, забрала детей и пошла домой. Поставила чай, дети сели вырезать из бумаги ангелочков к Рождеству. Прошло часа полтора. «Мам, давай я схожу за папой», – предложила Ксюша. Но Марина побежала за мужем сама…

«Подхожу к храму – там никого. Открываю дверь в придел, где служим, – а изнутри клубы дыма. Я кричу: „Олеженька!..“ – стараюсь войти и сразу задыхаюсь от едкого дыма. Несколько раз пыталась войти и не могла. Меня как будто отбрасывало. Тогда я побежала к близживущим прихожанам – они пожарных вызвали, людей собрали. Про батюшку я все поняла. Но думала уже об иконах, иконостасе – как все спасти, чтобы не сгорело. Очень долго не было пожарных. Выбили окно, чтобы появилась тяга и вытянуло дым. Один раб Божий, отец Олег его накануне крестил, прополз по полу и залил – горящего батюшку. Потом и я подошла к дверям храма. А в душе опять: „Мариночка, не ходи, не смотри…“, – Олег меня не пускает. Я все-таки подошла… Он лежит – обгоревший, лицом вниз, головой к иконам Царя-великомученика и святой преподобномученицы Великой Княгини Елисаветы, которых он так любил. И рядом купель – стольких он крестил в ней за эти годы. <…>

Отца Олега привезли в храм 8-го января, на Собор Пресвятой Богородицы. В этот вечер он всегда служил молебен Матери Божией и Собору святых – о даровании Православного Царя нашей многострадальной стране. <…>

На следующий день пришла ко мне жена одного убийцы. Она сынишку после похорон батюшки крестила. Плакала, просила у меня прощения… Отец мой духовный благословил меня простить. Как Господь на Кресте страдал и молился Богу Отцу: Отче! прости им, ибо не знают, что делают (Лк. 23, 34)».

В первые же дни после трагедии в не известное никому ранее уральское село поступило множество телеграмм, писем, телефонных звонков с соболезнованиями. Наиболее значительным было соболезнование Патриарха Московского и Всея Руси Алексия II. Для друзей и духовных чад отца Олега сразу встал вопрос о месте захоронения убиенного священника. Схиигумен Сергий, духовный брат батюшки, хотел увезти тело друга в монастырь «Спорительница хлебов», но местные жители воспротивились. Рабочие из каменоломни сказали по-мужицки просто: «Он нас из ямы вытащил! Что ж нам, опять в эту яму идти?!» Тут же привезли необходимую технику и вырубили склеп в грунте, между двух вековых берез, у церковной ограды.

Подготовил Олег Белов

По книге А. Сороковникова «Поднимем на плечи Кресты»

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s