Богословие прямо пропорционально целомудрию. Святитель Серафим Соболев.


 

ооооо«В моей жизни мне встречались архиереи двух противоположных типов. Одни из них, хотя и не так образованны, но были смирены и сердечны, другие же были ученые, но гордые и холодные. Архиепископ Серафим представлял собой образец редкого и счастливого сочетания учености и смирения, простоты и глубоких богословских знаний. Его простота и любовь ко всем были самыми характерными для него чертами. У него не было никакого показного высокомерия, потому что он был глубоко верующим и всегда находился в непрерывном молитвенном общении с Богом. А человек, который постоянно мысленно предстоит перед страшным престолом Божиим, может ли быть тщеславным и гордым?

Архиепископ Серафим имел одно из самых высоких научных отличий. За его богословские труды ему было присуждено звание магистра богословия. А эту научную степень нельзя получить легко и без заслуг. Заслужить ее можно только глубокой богословской ученостью. Владыка Серафим обладал ею: он отлично знал догматику и в особенности творения Святых Отцов.

Внешнего образа такой учености формально возможно достичь многим. И все же, мне кажется, что не многие ученые могли бы сравниться с нашим дорогим Владыкой в области богословия. Его отличительной особенностью было его благодатное внутреннее познание божественной истины, его духовное ведение. А ведения этого он достиг только путем личной святости. Блажени чистии сердцем, яко тии Бога узрят (Мф. 5, 8), – говорит Господь, и Владыка часто повторял эти слова.

Архиепископ Серафим оставил нам следующую мудрую мысль: «Православное богословие прямо пропорционально целомудрию». Это значит, что для того чтобы постичь православную истину, необходимо вести целомудренную, чистую жизнь. Если душа твоя погрязла в грехах, то она не будет в состоянии правильно отражать светлые и чистые богооткровенные истины. Ереси рождаются в душах нечистых и, по преимуществу, в душах, исполненных гордостью, приводящей очень часто к духовной прелести.

Архиепископ Серафим, этот смиренный и глубокой нравственной жизни архиерей, считал своим призванием и своим долгом всегда защищать православную истину в нашем развращенном и полном еретических заблуждений веке. Он безкомпромиссно восставал против всякой неправильной еретической мысли, даже в трудах богословов, претендующих быть православными. Он не боялся спорить с самыми большими, согласно общественному мнению, авторитетами богословия и даже с архиереями самого высокого ранга, если дело касалось защиты спасительной божественной истины. Не проявляя никакой личной неприязни к согрешающим против Православия, он никогда не жертвовал истиной ради неправильно понимаемой «любви» к ближним, помня слова апостола Павла: Аще бо бых еще человеком угождал, Христов раб не бых убо был (Гал. 1, 10).

Архиепископ Серафим в особенности боролся с модернизмом в богословии, т. е. против новшеств, порождающих ереси и удаляющих православных христиан от спасения. Он глубоко почитал древнюю святоотеческую мудрость и исповедовал Божию истину как нечто вечное, абсолютное и совершенное, не подлежащее никакому развитию. Развитию может подлежать и даже должен подлежать несовершенный и грешный человек, стремящийся к познанию Божественной истины, но не сама истина. Потому смысл богословской науки – не в открытии новых истин, а в систематизации истин, открытых нам Богом, и в их усвоении нами.

Вот как говорит об этом сам Владыка Серафим: «Не надо думать, что догматика похожа на всякую другую науку. В последней можно открывать новые истины, а в догматике нельзя. Здесь все истины уже открыты Богом Спасителем нашим. „Вся яже слышах от Отца Моего, – говорил Господь ученикам, – сказах вам“ (Ин. 15, 5). Надо заметить, что это сказал Господь ученикам до благодати, когда они не вполне понимали учение Христа (см.: Мф. 20, 21–22, Мк. 8, 17, Ин. 16, 17–18), почему Спаситель на тайной вечери говорил им: „Еще много имам глаголати вам, но не можете носити ныне, Егда же приидет Он, Дух истины, наставить вы на всяку истину. Той вы научит всему и воспомянет вам вся, яже рех вам“ (Ин. 16, 12–13; 14, 26). Когда же на апостолов сошла благодать Святаго Духа, тогда-то все истины, открытые им Христом, и стали их достоянием, сделались для них ясными и понятными. Благодать Святаго Духа обогатила их Божественным видением в такой полноте, что апостол Павел от лица всех других апостолов говорил, что Господь даровал им благодать в преизбытке во всякой премудрости и разумении (см.: Еф. 1, 8). „Кто бо разуме ум Господень, – сказал апостол, – иже изъяснит и; мы же ум Христов имамы“ (1 Кор. 2, 16).

Таким образом, Господь открыл апостолам все истины, которым надо было научить их, а через них и всех нас. Благодать же Святаго Духа лишь воспроизвела все эти истины в их памяти и изъяснила им все Божественное Откровение, принесенное Богочеловеком на землю, с абсолютной правильностью, введши их разум до самых глубин Божественного ума Христова. Поэтому даже в отношении апостолов нельзя сказать, что они вводили новые догматические учения сравнительно с тем учением Христовым, которое они записали или устно нам передали.

Движимые Тем же Святым Духом и Святые Отцы Церкви все свое богословие направляли не к тому, чтобы делать открытие новых догматических истин, но чтобы сохранить от еретических искажений в неповрежденном виде истины Православной нашей веры, которые они получили от апостолов, – систематизировать их для успешной борьбы с ересями и облекать их в общедоступную форму понимания, дабы верующие могли не только разумно исповедовать свою веру, но всегда были готовы всякому, требующему от них отчета, дать ответ в нашем уповании (см.: 1 Петр. 3, 15).

Отсюда, говорить об открытии новых догматических истин, к тому же в богословствовании людей обыкновенных, не приходится. Больше того, что находится в Евангелии, нельзя открыть. Все наши догматические учения выводятся оттуда .

Если мы будем следовать выше обозначенному направлению святоотеческого богословия, мы тем самым будем выполнять задачу богослова. Если же мы сему богословскому святоотеческому направлению следовать не будем в своих богословских мнениях, то эти последние будут не догматическими, а только нашими собственными мнениями, которые часто служили основаниями для пагубных ересей .

Поэтому нам надо иметь в области догматического мышления предел, чтобы наша, так называемая „свободная богословская мысль“, столь ублажаемая модернизмом, не завела нас в еретические дебри, открывающие для нас один только путь на вечные адские муки» («Новое учение о Софии, премудрости Божией»).

В конце XIX и начале XX века в русской богословской мысли появилось множество новых модернистских идей, распространяемых в угоду современному человеку. Они вызывали у архиепископа Серафима сильное и основательное безпокойство, ибо они указывали на бурно надвигающееся развитие гибельного отступления от православной истины, которое является самым главным знамением приближения царства антихриста.

Мы, смиренные ученики архиепископа Серафима, учились у него отличать истину от лжи, лукаво пытающейся ее заменить и вытеснить. В своих проповедях и в своих богословских трудах Владыка раскрывал нам истинное святоотеческое учение по многим основным вопросам Православной веры – таким, как:

1. Догмат о Святой Троице, искаженный русским парижским богословом прот. С. Булгаковым в его учении о «Софии», как о некотором воображаемом женственном начале в Божественной Троице.

2. Догмат об искуплении, неправильно понимаемый митрополитом Антонием (Храповицким), полагавшим, что наше искупление совершилось не столько на Голгофе, сколько в саду Гефсиманском.

3. Догмат о спасении, неправильно объясняемый русским архимандритом Сергием (Страгородским), преувеличивавшим нравственную сторону нашего спасения в ущерб его правовой стороны.

4. Догмат о Царстве Божием, т. е. о Божественной благодати, разъясняемый известным модернистом проф. прот. Светловым в современно-гуманистическом, а не святоотеческом духе. <…>

Нам хотелось бы представить перед вами как можно полнее образ нашего незабвенного духовного отца и руководителя, ревностного защитника святой Православной веры, безкомпромиссного обличителя современных ересей и проповедника спасительных для нас богооткровенных истин.

Все эти черты архиепископа Серафима полностью раскрываются в его трудах, рассматривающих учение о благодати как о спасительной Божией силе – учение, всегда проповедываемое святой Православной Церковью как особенно необходимое для нашего спасения.

Владыка Серафим очень часто говорит на эту тему в своих проповедях, а в своем прекрасном сочинении «Искажение православной истины в русской богословской мысли» (София, 1943) он подробно излагает учение Православной Церкви по этому вопросу в противовес неправильному мнению прот. о. Светлова.

Остановимся своим вниманием, прежде всего, на проповедях архиепископа Серафима.

Рассматривая учение о благодати, Владыка Серафим исходит из факта, что по причине грехопадения человек потерял этот дивный Божественный дар, а вместе с ним и райское блаженство. Грех, проклятие и смерть стали его участью. Большая часть человечества впала в язычество и идолопоклонство. Только ветхозаветный богоизбранный народ сохранял истинную веру в Бога. Этому народу Бог посылал многократно пророков и праведников, которые его учили истинному богопочитанию. Несмотря на это, до пришествия Иисуса Христа на землю все люди, не только язычники, но и иудеи, после своей смерти сходили в ад, потому что все были жертвами греха, проклятия и смерти. От этих гибельных последствий грехопадения нас избавил наш Искупитель Иисус Христос.

Это догматическое учение Церкви, проповедываемое апостолами и горячо защищаемое Святыми Отцами, ревностно исповедовал и архиепископ Серафим. По его словам, «мы должны не только умом, но и всем сердцем воспринять его, чтобы оно было для нас убедительным, непоколебимым и спасительным. И сие знание будет для нас таким, если мы свой ум подчиним уму Христову, уму апостольскому и святоотеческому, и не будем смущаться человеческими неправильными богословскими умствованиями, которые издавна стремились и стремятся поколебать ту или другую истину нашей Православной веры» (здесь и деле – «Проповеди»).

В качестве примера такого неправильного богословского умствования, подрывающего церковное и святоотеческое учение, приведем мнение некоторых современных богословов, полагающих, что крестная смерть Христа не была нужна для спасения нас от проклятия, ибо люди за свое падение Богом не проклинались, а вместо них за это была проклята земля.

Владыка Серафим по этому вопросу говорит так: «Чтобы выяснить, насколько это богословское мнение несостоятельно, мы опять обратимся к свидетельству Божественного Писания и святоотеческого учения. Исходя из этих благодатных источников нашего вероучения, мы должны, прежде всего, сказать, что место Священного Писания, в котором повествуется о проклятии земли, вовсе не говорит, что за падение человека вместо него проклята земля. Если вследствие этого падения проклинается земля – ни в чем неповинное творение Божие, только ради своей связи с жизнью на ней человека, то как можно допустить с точки зрения божественного правосудия, чтобы сам человек, согрешивший и виновник этого проклятия, оставался вне его? О том, что и человек подпал клятве Божией, свидетельствует изгнание его из рая, лишение райской благодати, вся последующая его жизнь, исполненная тяжких трудов и скорбей, и, наконец, его тление и смерть.

Впрочем, в Священном Писании мы находим прямое свидетельство, из которого видно, что Христос Своею крестною смертью искупил нас от клятвы, под которой все люди находились с момента грехопадения наших прародителей. В своем послании к Галатам апостол Павел говорит: „Христос ны искупил есть от клятвы законныя, быв по нас клятва“ (Гал. 3, 13). Об этом свидетельствует и учение Святых Отцов, выраженное, в частности, в богослужебных песнопениях нашей Церкви. Так, в воскресной стихире на хвалитех 4-го гласа мы находим такие слова: „Крестом Твоим, Христе, от древния клятвы свободил еси нас“. А в тропаре в честь великого праздника Рождества Пресвятой Богородицы мы еще недавно слышали такие слова: „Из Тебе бо возсия Солнце правды Христос Бог наш, и разрушив клятву, даде благословение“.

Очевидно, это ошибочное богословское мнение касательно догмата искупления покоится на неправильном понимании клятвы, которая есть ничто иное, как отлучение человека от общения с Богом, со всеми гибельными отсюда для него последствиями, как во временной сей жизни, так и в жизни будущей, загробной».

Однако возвратимся опять к вопросу о благодати. Без благодати нет спасения, утверждает архиепископ Серафим. Без нее никто не может вести спасительную, святую жизнь. Рассуждая о разных видах и проявлениях благодати, он говорит: «По учению преподобного Иоанна Кассиана, надо различать два вида благодати: благодать внешнего промышления, через которую Господь действует во всем мире или непосредственно, или посредством Ангелов, людей и даже видимой природы; и благодать, как внутреннюю божественную силу . Она действовала в жизни первых людей в раю и была источником их истинного ведения, святости и блаженства. После же падения наших прародителей она оставила их, и потребно было Спасителю воплотиться, пострадать, умереть и воскреснуть, чтобы сия благодать опять была дарована людям. Эта милость Божия и излилась на нас, когда, по обетованию Христа, Дух Святый в Своей многообразной благодати сошел на Апостолов, как истина (см.: 1 Ин. 5, 6; Ин.1 5, 26; 16, 13), как сила (см.: Деян. 1, 8) и как утешение (Ин. 14, 16, 26; 16, 7) или божественная радость. С тех пор благодать Святаго Духа стала подаваться верующим в Церкви через таинства Крещения и Миропомазания для возрождения нашего ума, воли и сердца.

Как возрождающая божественная сила, она стала царствовать внутри нашего существа, в самом сердце человека. До появления этой благодати, как учит великий из Святых Отцов блаженный Диадох, в сердце царствовал грех, а благодать действовала совне. А после явления благодати грех действует на человека совне, а благодать – в сердце. В этом, между прочим, состоит различие между Ветхим и Новым Заветом.

Конечно, по существу мы никогда не определим, что такое благодать Божия. Святой Макарий Великий учит, что как Бог непостижим в Своем существе, так не может быть познана в своей сущности и благодать Святаго Духа, ибо она есть неотделимая от Бога Его божественная сила. Вот почему Сам Господь, предлагая учение о благодати, как действии Святаго Духа, прибегал к приточным формам. Ее Он имел в виду, как говорит святой Симеон Новый Богослов, когда сказал: „Огня приидох воврещи на землю, и что хощу, аще уже возгореся“ (Лк. 12, 49).<…>

Однако мы можем познавать благодать Святаго Духа опытно, духовно, когда будем испытывать в своем сердце ее спасительные действия, воспринимая от нее истинное ведение о Боге и о мире, чувствуя в себе ее силу для борьбы со грехом и ее неизреченную радость. Мы узнаем, что такое благодать Святаго Духа только тогда, когда она будет в нас царствовать над всеми нашими страстями, и мы будем ощущать ее как Царство Божие, как правду, мир и радость о Дусе Святее (см.: Рим. 14, 17).

Такое именно опытное познание о благодати оставили нам в своих творениях Святые Отцы Церкви: Антоний Великий, Макарий Великий, блаженный Диадох, преподобный Симеон Новый Богослов и великий богослов нашей Русской Церкви, епископ Феофан Затворник. Они чувствовали в себе благодать Святаго Духа как дар божественного ведения и премудрости, и настолько, что могли других озарять светом божественной истины. Они ощущали в себе благодать как божественную силу, ибо ею совершали дивные чудеса, ею предсказывали будущее. Эта благодать переживалась ими как внутренняя неиссякаемая божественная радость, которую они испытывали непрестанно и которою утешали скорбные сердца верующих.

Ясно отсюда, каким великим благом является для нас благодать Святаго Духа. Что она есть самое драгоценное сокровище, об этом свидетельствует учение Христа, апостолов и Святых Отцов. По учению Христа, благодать Святаго Духа является таким величайшим для нас благом, что ниспослание ее нам было целью Его страданий и смерти, как это видно из Его прощальной беседы с учениками (см.: Ин. 16, 7). Так смотрели на благодать и святые апостолы, ибо учение о спасении благодатию, в силу крестной смерти Христа, было центральным в их благовестии, о чем особенно ярко свидетельствуют послания святого апостола Павла. Не могли иначе смотреть на благодать Божию и Святые Отцы Церкви. Так, святой Симеон Новый Богослов говорит: „То и было целью и концом всего домостроительства Христова, чтобы верующие принимали в души свои Духа Святаго, и чтобы Он был как бы душою нашей души, и чтобы действием Сего Духа мы переплавлялись и пересозидались по уму, совести и по всем чувствам“. А великий угодник нашей Русской Православной Церкви, святой Серафим Саровский учил, что стяжание благодати Святаго Духа (т. е. раскрытие ее в нас) есть цель всей нашей жизни христианской .

Поэтому мы должны радоваться и благодарить Бога, что являемся чадами Православной Церкви Христовой, через которую Господь дает нам эту великую благодать, несравнимую ни с какими сокровищами мира».

Однако у многих из нас, православных христиан, благодать остается нераскрытой из-за нашего злого произволения. Хотя мы ее и получаем в святых Таинствах, она тлеет в нас как искра под пеплом всевозможных наших страстей. Почему это так? Архиепископ Серафим отвечает на этот вопрос: «Потому, что нет в нас решимости возгревать ее неуклонным исполнением божественных заповедей. Поэтому благодать Святаго Духа и не может научать нас истинам веры и жизни христианской, хотя бы мы день и ночь читали Евангелие и, таким образом, учились делу спасения непосредственно из слов Христа. Такое непосредственное наше научение истинам Божественного Откровения, при отсутствии сердечной чистоты, приводит к всевозможным заблуждениям, ересям и сектам. Пока царствуют в нас грех и страсти, слово Божие подобно для нас ослепительному свету солнца, на которое нельзя прямо смотреть, иначе мы можем повредить свое зрение.

Что же нам делать, возлюбленные, чтобы благодать Святаго Духа и нас научала всему спасительному? – Мы, грешные и немощные люди, можем научаться и просвещаться светом возрождающей крещенской благодати через благодатное учение Святых Отцов Церкви. Последние своею святою жизнью раскрыли в себе крещенскую благодать во всей полноте. Она сделалась для них источником истинного ведения, которое они передали нам в своих творениях. Поэтому, если благодать сия не горит в нас божественным светом, в силу нашей греховности, то будем за благодатным научением истинам веры и жизни обращаться к Святым Отцам. Только через благодатное ведение Святых Отцов мы можем спасительно просвещаться Божественным Откровением и правильно воспринимать умом и сердцем его учение. Благодать Святаго Духа действовала в Святых Отцах, как и в апостолах. Она во всей глубине раскрыла им все Божественное Откровение Ветхого и Нового Завета и уяснила им для нас все истины, как в области догматической, так и в области нравственной на все века».

Говоря это, архиепископ Серафим учит нас любить Святых Отцов как наших самых дорогих наставниках в деле нашего спасения, читать и изучать их труды, которые указывают нам, как мы должны жить истинной христианской жизнью: «В силу такого отношения к учению Святых Отцов Церкви, мы приобретаем самую драгоценную добродетель – смирение, ибо обращаясь к авторитету Святых Отцов, мы тем самым будем отвергать свое горделивое и самолюбивое мудрование. И ради одного только смирения хотя бы у нас не было никаких других подвигов, Господь не лишит нас благодати Святаго Духа, согласно Своему слову: „Господь гордым противится, смиренным же дает благодать“ (Притч. 3, 34; Иак. 4, 6; 1 Петр. 5, 5), и еще: „Приидите ко Мне и научитеся от Мене, яко кроток есмь и смирен сердцем; и обрящете покой, душам вашим“ (Мф. 11, 28–29).

Тогда ради нашего смирения благодать, данная нам в святом Крещении, будет действовать и приумножаться в нас, просвещая и научая нас, под постоянным руководством Церкви и учения Святых Отцов, истинной вере и истинной христианской жизни».

Архимандрит Серафим (Алексиев)

Из Слова по случаю столетия со дня рождении архиепископа Серафима, декабрь 1981 года

Источник

Реклама