«Вернули МГБ – вернем и ГУЛАГ»: на кого ФСБ растит зубы?


Эксперты «БИЗНЕС Online» о КГБ 2.0, отказе выполнять требования ЦРУ и незавидной судьбе ведомств, потерявших своих суперлоббистов

Утечка о том, что под крылом ФСБ возрождается министерство госбезопасности, сегодня едва не затмила подведение итогов выборов. Еще бы: теперь идущие в последнее время войны силовых кланов вполне можно рассматривать как артподготовку к перезагрузке всей системы с ликвидацией СКР и МЧС, а также ФСО в нынешнем виде. Эксперты «БИЗНЕС Online» рассуждают о том, насколько правдивы слухи и не грозит ли суперведомству в случае его создания суперкоррупция.

Понадобилось три президентских срока и почти 16 лет работы в Кремле, прежде чем преобразование ФСБ в аналог КГБ стало обсуждаться как очередной замысел отечественной элиты — правда, пока по-прежнему тайныйПутину понадобились 3 президентских срока и почти 16 лет работы в Кремле, прежде чем преобразование ФСБ в аналог КГБ стало обсуждаться как очередной замысел отечественной элиты — правда, пока по-прежнему тайный

«БУДЕТ ВАМ В 2017 ГОДУ МГБ ВО ГЛАВЕ С БЕРИЕЙ»

Утечка о возможном создании в России министерства государственной безопасности (МГБ) появилась с легкой руки «Коммерсанта». В то время как все СМИ дружно отписывались о результатах выборов, издание, имеющее репутацию «буревестника» тайных замыслов российской элиты, сообщило, что в РФ готовится масштабная реформа силовых и правоохранительных ведомств. А именно: МГБ, по информации «Ъ», предполагается создать до президентских выборов 2018 года на основе ФСБ, присоединив к нему ФСО и СВР. Следственный комитет при этом должен быть возвращен в надзирающую за ним генпрокуратуру, а функции МЧС разделены между минобороны и МВД. Журналисты «Коммерсанта», демонстрируя свою компетентность, предрекли, что новое министерство получит возможность брать в свое производство наиболее резонансные дела, а также контролировать те расследования, в основу которых легли материалы данной спецслужбы. Цель реформы — более эффективное управление силовыми и правоохранительными структурами и искоренение коррупции в этих ведомствах.

На многократно процитированную и расхватанную соцсетями горячую новость вынужден был отреагировать даже путинский пресс-секретарь Дмитрий Песков. В ответ на просьбу журналистов прокомментировать саму возможность такой реформы Песков отреагировал лаконично-комично: «Нет, не могу». Таким образом, ни подтверждать, ни опровергать сообщение «Коммерсанта» представитель Кремля не стал.

Когда грядет реформа спецслужб или же возникают первые робкие слухи о том, что такая возможность «рассматривается», на горизонте появляется множество «прорицателей» с пророчествами о «новом 1937». Вот и сейчас такие «пророки» наперебой заговорили через отечественные соцсети. «Вернули МГБ — вернем и ГУЛАГ», — пишет в «Твиттере» пользователь Блезерскайт Текумсе. И ему вторят коллеги вроде Госдепа Хохланда: «Будет вам МГБ в 2017 году во главе с Берией». Многие отмечают, что новость о перезагрузке спецслужб появилась на фоне уверенной победы «Единой России», получившей в будущей седьмой Госдуме конституционное большинство. Тем самым постепенно вырисовывается зловещий узор: власть, окончательно зачистив политическое поле, вспомнила о своей «монополии на насилие» и намекнула на желание создать для этого подходящее орудие — МГБ, воскрешающее в памяти другие зловещие аббревиатуры: ОГПУ, НКВД, КГБ и пр.

Между тем о необходимости создать такую могущественную структуру, как министерство государственной безопасности, в России говорили давно — практически с тех пор, как комитет государственной безопасности СССР распался осенью 1991 года на три автономные структуры, названия которых уже наверняка выпали из памяти новых поколений: МСБ (межреспубликанскую службу безопасности), ЦСР (центральную службу разведки) и комитет по охране границы. Ликвидация грозного КГБ тогда выглядела как часть того пораженческого «договора», который проигравший в холодной войне, но еще советский Кремль подписал с Западом. Атомизация и дробление госбезопасности на отдельные ведомства ослабляло некогда могущественную спецслужбу, бывшую достойной соперницей ЦРУ, разрушало налаженные связи соподчинения и просто деморализовало чекистов. Автор этих строк помнит, как возвращались в новую «демократическую Россию» рассекреченные по небрежности Михаила Горбачева резиденты из Восточной Европы и оказывались никому не нужными и выброшенными на улицу. Некоторые из «рыцарей меча и щита» прямиком уходили в криминальные группировки, другие пополняли ряды безработных, больницы и кладбища. Никто не знал своего будущего и уже поэтому не думал о будущем страны. МСБ между тем было преобразовано в АФБ (агентство федеральной безопасности) РСФСР, затем просто в МБ (министерство безопасности) РФ, из которого, в свою очередь, вылупилась федеральная служба контрразведки. А уже из нее летом 1995 года родилась нынешняя ФСБ РФ — изрядно кастрированный вариант КГБ. В автономный режим при этом были переведены СВР (служба внешней разведки), ФСО (федеральная служба охраны), пограничные войска и т. п.

Дмитрий ПесковВ ответ на просьбу журналистов прокомментировать саму возможность реформы ФСБ Дмитрий Песков ни подтверждать, ни опровергать не стал

Собрать разбросанный реформаторами 1990-х конструктор призывали изначально, но возможностей к этому, по всей видимости, не было. Даже нынешний российский президент Владимир Путин, возглавлявший ФСБ чуть больше года в период с июля 1998 года по август 1999-го, ни разу не заикался о возможности такой реформы. Понадобились 3 президентских срока и почти 16 лет работы в Кремле, прежде чем преобразование ФСБ в аналог КГБ стало обсуждаться как очередной замысел отечественной элиты — правда, пока по-прежнему тайный.

РЕЗОНАНСНЫЕ ДЕЛА ПРОТИВ ЭЛИТЫ: ТЕПЕРЬ НИКТО НЕ МОЖЕТ ЧУВСТВОВАТЬ СЕБЯ НЕПРИКОСНОВЕННЫМ?

Аббревиатура МГБ не нова, историки СССР хорошо помнят министерство государственной безопасности Виктора Абакумова, созданное сразу после войны и предназначенное для точечной чистки в отношении ряда тогдашних советских элит. Воевали с «пятой колонной» — теми, кто в годы войны помогал Третьему рейху или же становился под его знамена, выявляли коррупционеров, чрезвычайно обогатившихся военными трофеями и пр. Все это в новом контексте может оказаться востребовано и сейчас, тем более что некоторые консервативные политики не без основания сравнивают период 90-х годов с иностранной оккупацией.

Одно МГБ на современной политической карте уже есть — в ЛНР, Луганской народной республике. Здесь, где обкатываются многие технологии, которые потом могут пригодиться в большом «русском мире», министерство госбезопасности имеет еще более широкие полномочия, чем в варианте, озвученном «Коммерсантом», в частности, в состав ведомства входят и милиция, и пограничники. Необходимость объединить все под одной крышей в ЛНР понятна: республика маленькая и непризнанная. В России же перезагрузка силовых структур, как показывает опыт, может быть связана как с объективной необходимостью (собрать конструктор), так и с личностным фактором. Дело в том, что многие крупные ведомства силовиков в РФ выстраивались вокруг яркой личности — не только в далеком прошлом, когда Бенкендорф создавал Третье отделение, а Дзержинский — ЧК, но и сравнительно недавно. Таким образом МЧС было завязано на личность Сергея Шойгу, СКР — на личность Александра Бастрыкина, ФСКН — на личность Виктора Черкесова. Какое-то время неприкаянным мыкался Виктор Золотов, бывший начальник службы безопасности президента, но и в этом случае «хороший парень» не остался без места — создается впечатление, что Нацгвардия была создана специально под него. Но как только «яркая личность» из окружения президента переходила на новую должность или впадала в опалу, распиаренное ведомство постепенно распадалось, точнее, переходило под иную юрисдикцию, укрупнялось, как это и произошло в случае с ФСКН. Видимо, слухи о скорой отставке Бастрыкина, которые больше не кажутся такими невероятными на фоне сообщений о создании МГБ, из той же оперы. Новое министерство сосредоточит под собой весь практически калейдоскоп периода спецслужбистской раздробленности (как уже было упомянуто, это СВР и большинство подразделений федеральной службы охраны). От нынешней ФСО, если верить слухам, останется лишь обрубок в виде службы безопасности президента РФ, учрежденной тогда Александром Коржаковым. Ей будут подконтрольны спецсвязь и транспортное обслуживание высших должностных лиц.

Нацеленность же будущего МГБ на «резонансные дела», анонсированная СМИ, поневоле вызывает в памяти действительно громкие процессы полковника МВД Дмитрия Захарченко, расследование уголовного дела вора в законе Захария Калашова (Шакро Молодого), арест экс-губернатора Коми Вячеслава Гайзера, взятие с поличным главы Кировской области Никиты Белых и многое другое. То, что воспринималось исключительно как отражение борьбы правящих кланов, на самом деле может оказаться обкаткой механизма борьбы с коррупцией, которой когда-то истово занималось абакумовское МГБ. Эксперты отмечают, что сам факт возбуждения дела в отношении «короля воров» Шакро Молодого стал возможен благодаря тому, что инициатором выступила ФСБ, а не СКР. Характерно, что именно следователи следкома, подчиненного Бастрыкину, поспешили уволиться, как только узнали, что Калашов оказался под прицелом спецслужб. Напомним, что рапорты об увольнении написали тогда руководитель следственного управления Алексей Крамаренко, его заместитель Александр Хурцилава и следователь по особо важным делам Андрей Бычков. Ряд высокопоставленных сотрудников СКР проходит по делу в качестве подозреваемых.

Все это, видимо, говорит о том, что «круговая порука», работавшая едва ли не как государственный механизм с 1990-х годов, где-то дала трещину. Когда-то Михаил Ходорковский стал героем на Западе именно благодаря тому, что в «одно лицо» отвечал за все грехи российской олигархии. Теперь уголовные дела против представителей элиты возбуждаются едва ли не каждую неделю, и совершенно непонятно, кто следующим поменяет просторный начальственный кабинет на тесную камеру в СИЗО. Даже вовремя эмигрировать удается далеко не всем: последний, у кого это получилось, — бывший глава «Вымпелкома» Михаил Слободин, чей заочный арест поставил под сомнение позиции до сих пор неприкосновенного и со всех сторон лояльного олигарха Виктора Вексельберга.

Павел ЧиковПавел Чиков: «Вовсе не факт, что будет именно МГБ и именно в таком виде, но я думаю, что системные изменения будут серьезные»Фото: «БИЗНЕС Online»

«МЫ УЖЕ УВИДЕЛИ, ЧТО ФСБ ПОКАЗАЛА СВОИ ЗУБЫ»

Эксперты, опрошенные «БИЗНЕС Online», ставят под сомнение благие цели создателей МГБ. «Эти изменения происходят не из-за коррупционных скандалов, у реформы нет целей борьбы с коррупцией, — полагает руководитель международной правозащитной группы „Агора“ Павел Чиков. — Это фиксация передела власти в стане силовиков, смена приоритетов, игроков. Будет все жестче и откровеннее». Впрочем, Чиков ставит под сомнение и саму возможность формирования карательного министерства. «Вовсе не факт, что будет именно МГБ и именно в таком виде, но я думаю, что системные изменения будут серьезные», — добавил собеседник издания.

Отметим, ранее в эфире телеканала «Дождь» Чиков заявил, что упразднение ФСКН, ФМС и создание Росгвардии — это лишь первый шаг в больших структурных изменениях. «Можно ожидать упразднения СКР и перевода следствия обратно в прокуратуру либо в иное ведомство, то есть то самое русское ФБР, но не на базе СКР, как хотел Бастрыкин, а на базе ФСБ. Если посмотреть, кто из силовиков не опорочен сейчас: только ФСБ и новая Росгвардия. Как раз условия для формирования на их базе новой суперструктуры. А все эти скандалы — не что иное, как артподготовка перед предстоящими тектоническими сдвигами», — заявил Чиков.

Председатель наблюдательного совета группы охранных предприятий «Контр» Ильдус Янышев полагает, что все обсуждаемые преобразования — это лишь реконструкция фасада и смена вывесок, в действительности же КГБ, «разобранное» на три разные структуры, продолжал жить единым организмом. «Вопросы внутренней и внешней безопасности, а также внешней разведки не могут существовать в отрыве друг от друга, поэтому мы [в 90-х] только формально разрушили эту технологическую цепочку, но по факту она всегда существовала, существует и будет существовать, — заметил собеседник „БИЗНЕС Online“. — Эти три области нашей госбезопасности всегда были интегрированы одна в другую и взаимодействовали, а их раздел был „фасадным“ решением. Внегласное лидерство всегда было за ФСБ, а теперь, когда отпала необходимость внешнеполитического имиджа, демонстрации России как либеральной страны, все возвращается на круги своя».

Ильдус ЯнышевИльдус Янышев полагает, что все обсуждаемые преобразования — это лишь реконструкция фасада и смена вывесок, в действительности же КГБ, «разобранное» на три разные структуры, продолжало жить единым организмом. Фото: «БИЗНЕС Online»

Создание МГБ в период обострения внешнеэкономических и внешнеполитических противоречий России с Западом Янышев называет естественным решением, которое сократит управленческие расходы, а также повысит качество координации подразделений и сроки принятия решений.

«Для законопослушных граждан создание этой структуры никакой угрозы не несет, только для врагов России, для экстремистски настроенных категорий граждан, для преступников всех мастей, — говорит Янышев. — Мы уже увидели, что ФСБ показала свои зубы, когда выявила ряд громких коррупционеров в системе МВД и губернаторском корпусе. В условиях нарастающих внешнеэкономических и политических рисков создание такого министерства будет оправдано».

Вместе с тем для внутренне суперсилового ведомства возникают риски суперкоррупции. Собеседник издания полагает, что серьезным антикоррупционным сигналом для элит будет не смена названия ведомства, а «изменение характера и содержания структуры, а также эффективность деятельности органов, но для этого требуется кардинальная перестройка всей системы».

«Я думаю, реформа правоохранительной системы продолжится, у нас еще много узких мест, а выявление ярких коррупционных моментов — это сигнал к ее продолжению, — заключил Янышев. — Одним только созданием МГБ проблемы с коррупцией решены не будут, нам еще пахать и пахать».

«ЗАВЕРШАЮЩИМ ШАГОМ РЕФОРМ БУДЕТ ПРЕОБРАЗОВАНИЕ АРМИИ»

Александр Колпакиди — историк спецслужб, писатель:

— Я совершенно уверен, что это непроверенные слухи, запущенные, очевидно, в связи с выборами. Коренное отличие МГБ от КГБ в том, что его поддерживал народ. В нем были выходцы из народа, все знали, что там нет ни воров, ни жуликов. Если даже эта реформа произойдет, не думаю, что что-то реально изменится. Так, во время холодной войны пытались создать комитет информации, туда вошло ГРУ. Но в итоге распустили, кончилось ничем. Да, НКВД имел огромные полномочия в экономике. Но тогда это имело смысл, НКВД был приводным элементом модернизации. Так и стало возможно сталинское экономическое чудо 30-х годов. Если бы сейчас была программа реформ, тогда бы можно было создавать такой орган, как МГБ. А сейчас это выглядит как страх перед внутренней угрозой. В качестве примера: внутренние войска у нас самые большие в истории России. Таких масштабов они достигали в 1945 году. Уже по окончании войны, в августе 45 года, они были меньше, чем у нас сейчас.

Если МГБ и создадут, то с расчетом на то, что экономика будет и дальше проседать, уровень за чертой бедности вырастет до 50 процентов, бюджетники пойдут по миру. Для борьбы с коррупцией это смысла не имеет. Думаю, наша власть не допустит таких экономических развалов в будущем, иначе МГБ станет внутренней угрозой.

Эмиль Гатауллин — юрист:

— Я не очень верю в эти переименования, это больше напоминает реформу МВД, когда милицию в полицию переименовывали. Серьезного значения я бы этому не придавал, от перемены мест слагаемых мало что изменится. Чтобы бороться с коррупцией, надо начинать с демократизации. Выборы прошли, но что это за выборы? Тех лиц, кого я бы хотел видеть там, я не видел и не увижу. Что касается борьбы с коррупцией, все равно самый верхний эшелон власти это не затронет, у нас там есть люди, которые неприкасаемы, их это всерьез не затронет. А остальных смогут заставить маршировать в строю.

Высшие эшелоны [затронет] это, если Путин уйдет и будет какая-то структура заниматься проверкой его деятельности. И хочется верить, что с его преждевременным уходом через демократические процедуры, такие как выбор другого лидера, проверят его действия на предмет соответствия закону и тому, отвечает это российским интересам или нет. Вот это было бы интересно, а остальное — просто мышиная возня.

Причины в том, что денег стало мало, они издержки сокращают и монополизируют все то, что может приносить деньги. А следствие, надзор за правоохранением — все это может деньги приносить. Они же много над чем надзирают — за банковской деятельностью, предпринимательской деятельностью и т. д. В главе борьбы стоит монополизация и расстановка своих на оставшиеся места.

Мне кажется, завершающим шагом реформ будет преобразование армии. Шойгу там как свой человек уже стоит, но какой-то более масштабной реформы мы так и не увидели. Может быть, армию не трогают, поскольку сейчас время такое горячее, все-таки Россия войну ведет в Сирии, неизвестно, чем это может завершиться.

Алексей Кондауров — генерал-майор КГБ в отставке, бывший депутат Госдумы:

— Министерство госбезопасности будет заниматься тем же, что и ФСБ, но получит расширенные функции. Новые функции будут добавлены в СВР. Часть будет передана в ФСО. Судя по всему, она займется собственной безопасностью. Вообще, министерство создается для лучшей координации деятельности. Авторы проекта считают, что при таких изменениях эффективность повысится. МГБ будет напоминать КГБ по своему внутреннему наполнению и задачам, только правительственная связь останется в ФСО, но это не столь важно. Конечно, предстоят замены руководителей в правоохранительных органах. Бастрыкин еще на месте, Колокольцев тоже.

Рафил НугумановРафил Нугуманов: «Укрепление ФСБ — укрепление России, это мое мнение» Фото: «БИЗНЕС Online»

Рафил Нугуманов — депутат Госсовета РТ пятого созыва:

— Я думаю, министерство госбезопасности будет мощной организацией. Тем более она [госбезопасность] была одной из лучших в мире, когда именовалась КГБ. Назвать можно как угодно, но во всем мире эти службы есть — по четыре-пять организаций. Но при едином руководстве они будут работать лучше. Это ведомство находится на службе у народа и будет направлено на устранение как внешних, так и внутренних угроз. Если министерство возглавит не политик, а профессионал, то дело пойдет. Укрепление ФСБ — укрепление России, это мое мнение.

Александр Духанин — начальник отделения следственного управления КГБ СССР, историк спецслужб:

— Структура министерства госбезопасности приближается к бывшей структуре КГБ. Он имел в своем составе первое главное управление, которое стало службой внешней разведки, а также ФСО. Это бывшее девятое управление, которое при Ельцине стало службой безопасности президента, а затем трансформировалось в федеральную службу охраны. КГБ до развала отличался огромной мощью в плане обеспечения безопасности государства, со своим бюджетом противостоял угрозам. Теперь придется создавать новую профессиональную кадровую школу, поскольку при Ельцине все были разогнаны. Тогда требование ЦРУ США было покорно исполнено президентом и его ставленниками. Создание МГБ — шаг к устранению прошлых ошибок, к росту могущества страны и безопасности ее граждан.


Источник

Реклама