Тайна Зверя.Опыт раскрытия пророчеств Апокалипсиса Выписки ч1


1310749669_1

Три зверя

Основной отрицательный образ Апокалипсиса – «зверь». Как понимать этот таинственный образ? В творениях Святых Отцов и в работах других исследователей Апокалипсиса можно найти несколько возможных вариантов его истолкования [8] .

Зверь Апокалипсиса это: · сатана; · антихрист; · лжепророк; · язычество, идолопоклонство; · антихристианское государство, восстановленная перед кончиной мира Римская империя, всемирное царство антихриста (царство зверя); · сама система антихристианской власти, антихристианство; · общество людей, отступивших от Бога; ·  духовное озверение людей, их звероподобие, звериность. В существовании нескольких объяснений одного и того же образа Откровения нет ничего удивительного. Так, по мысли выдающегося духовного писателя современности иеромонаха Серафима (Роуза) Платинского (†1982), «имеется много различных степеней толкования Апокалипсиса, поэтому разные его объяснения вполне могут быть верными», ибо «однозначного (от – «одно значение». – Авт.) соответствия образов реальности не существует» [9] .

Другими словами, пророчество может иметь не одно только исполнение – исполнившееся может иметь продолжение и по-новому раскрываться на новом этапе истории. Одни и те же образы Апокалипсиса часто имеют несколько смысловых планов. Об этом мы будем помнить в дальнейшем при раскрытии смысла слов Откровения.

Важно нам иметь в виду и то, что в Откровении говорится о трех различных зверях: это «зверь из моря» (13: 1), «зверь из земли» (13: 11) и «зверь из бездны» (17: 8). Приведем некоторые из объяснений этих образов.

Исследователь Апокалипсиса Н. Виноградов в своей книге «О конечных судьбах мира и человека», изданной в 1878 году, писал, что зверя, выходящего из моря, «который нередко принимается толкователями исключительно за единичное лицо антихриста», «правильнее и ближе к тексту можно и нужно признавать за живой, совокупный образ всех вообще богопротивных, антихристианских сил» [10] .

«Некоторые под «зверем, выходящим из моря» понимали богоборческое государство, каковым во времена первохристианства была Римская империя, а в последние времена будет всемирное царство антихриста» (архиепископ Аверкий) [11] . «Затем тайнозритель описывает зверя, вышедшего из земли, которого позже именует лжепророком. Земля здесь символизирует полное отсутствие духовности в учении ложного пророка: все оно пропитано материализмом и угождением грехолюбивой плоти… Два зверя 13-й главы символизируют совокупность всех ненавистников христианства.

Зверь из моря – символ гражданской богоборческой власти, а зверь из земли – совокупность лжеучителей и всякой извращенной церковной власти» (епископ Александр (Милеант)) [12] .

«Зверь из моря и зверь из бездны – антихристианство и антихрист… Зверь апокалипсический, именуемый восьмым и означающий, собственно, злейшего врага Бога и Богохранимого социального порядка, имеет близкое отношение к четырехсоставному зверю апокалипсическому (т. е. зверю из моря. – Авт.): среди условий и обстоятельств, олицетворяемых этим аллегорическим зверем, он возникнет и разовьется. Вот поэтому-то и Апокалиптик в конце речи о звере из моря говорит словами, имеющими отношение собственно к антихристу – последнему противнику Христа (Апок. 13, 5). (Обозначение времени деятельности антихриста). Тем не менее зверя, именуемого «восьмым», нужно отличать от зверя из моря. Этот зверь не из моря, но из бездны, имеет непосредственную связь с бездной, то есть с тайниками демонических сил пагубы (Апок. 17, 8; 11, 7; 9, 11). Он зверь багряный (Ibid. 17, 3), в знак расположенности его к крови, преследованиям и козням; имена богохульные, бывшие на головах зверя четырехсоставного, покрывают все его тело, в знак того, что боговраждебность проникнет его всецело и проявится в нем вполне. Он выйдет из среды 7 голов (или царей) зверя из моря, – это значит воплотит в себе все то, что в течение долгих веков накоплялось греховного, злого, боговраждебного. При полном развитии антихристианского, противозаконного бытия или сущности земная среда антихриста сближается с его подземною средой происхождения – адом, пагубой. При тесной связи с пагубной силой самого сатаны и при своих отличительных, характеристических признаках «восьмой» зверь в Апокалипсисе у Иоанна Богослова не есть воплощение самого диавола – сатаны, а личность особая, единичная, – представитель антихристианской идеи» (Н. Виноградов) [13] .

На основании приведенных выше и ряда других истолкований трех зверей Апокалипсиса можно дать следующие определения:

«Зверь из моря» (он же – «зверь первый») – это антихристианство, сама система антихристианской власти, особенно сильно проявляющаяся в построении антихристианского всемирного государства; ·

«Зверь из земли» (он же – «зверь другой» и «лжепророк») – это система идеологической обработки «масс», насаждающая антихристианство и готовящая воцарение антихриста; ·

«Зверь из бездны» (он же – «зверь восьмой») – это уже сам антихрист, как отдельная личность – «человек греха» и «сын погибели».

Если сопоставим эти определения с современной действительностью, то получим следующее: · «Зверь из моря» – это тайное Мировое правительство и система «нового мирового порядка», построением которой заняты сионисты и масоны, и которая, действительно, на наших глазах все больше оформляется и надвигается на весь мир – как бы «выходит из моря» – из моря хаоса и безвластия (анархии), утвердившегося в мире после упразднения монархий в результате революций и лукаво называющегося демократией [14] . ·

«Зверь из земли» («лжепророк») – это вся система печатных и электронных средств массовой (ложной) информации и псевдоискусство (кино, видео, отрицательная литература и т. д.), а также другие средства управления массовым сознанием, при помощи которых насаждается антихристианская мораль и идеология «нового мирового порядка» и Мирового правительства. 

«Зверь из бездны» – грядущий антихрист, всемирный президент, будущий глава Мирового правительства и лидер «нового мирового порядка». В том, что Мировое правительство в самом деле существует сегодня сомневаться уже просто нелепо. Доказательств этого предостаточно и они неопровержимы. Вот, например, какие материалы можно было найти в зарубежной прессе об очередном ежегодном заседании одного из главных органов Мирового правительства – Бильдербергского клуба.

16 мая 2003 г. на интернет-сайте WorldNetDaily.com появилась статья Джозефа Фара под заголовком «Мировое правительство в действии». Автор сделал вывод, что действительно существует ограниченный круг могущественных людей, которые в тайне вынашивают планы создания «нового мирового порядка», управляемого «теневым правительством», состоящим из участников Бильдербергской группы. Он также отметил, что «заговор молчания прессы лишний раз доказывает, насколько серьезны и влиятельны люди, собирающиеся ежегодно на бильдербергских встречах… Молчат СМИ, молчат сами бильдербергские заговорщики, а люди завтра могут проснуться и с удивлением обнаружить, что они живут в новом, организованном кем-то другим, мире». В небольшой заметке о встрече Бильдербергской группы, вывешенной 15 мая на сайте BBC, корреспондент Эмма Джейн Керби назвала упомянутое собрание «бильдербергских мудрецов» «секретными переговорами закулисных правителей мира» и подчеркнула, что не всегда можно узнать или предположить, о чем дискутируют на Бильдербергских «конференциях», всегда сокрытых от посторонних глаз «плотной завесой секретности» [15] .

«К настоящему моменту, – считает Агентство «НАМАКОН», – в результате отсутствия сдерживающего фактора, каким являлся политический, а также военно-промышленный потенциал СССР и стран социалистического содружества, на мировую арену из тени постепенно выходит (как зверь выходит из моря. – Авт.) монополярная надгосударственная система управления. Ее метастазы, проникнув в правящие структуры суверенных стран, планомерно подменяют сущность национально ориентированных эшелонов власти, заменяя последние подчиненными внешнему управлению администрациями. И хотя в глазах обывателей те пока еще выступают внешне «демократически» избранными структурами управления «суверенных» стран, на деле же через механизмы финансово-долговых обязательств они все более глубоко подпадают под влияние нелегитимных организаций, проводя нужную им внешнюю и внутреннюю политику». «Море», из которого выходит первый зверь, – это, как уже было сказано, хаос, анархия, море «народных масс» (ср. Откр. 17: 15), которые управляются злонамеренными силами, сами того не осознавая, думая, что существует «народовластие». «Порядок из хаоса», пишут на своих печатях масоны. «Новый мировой порядок» (зверь) – из хаоса и безвластия (моря). «Там, где некогда был Бог, теперь есть только ничто, – пишет иеромонах Серафим (Роуз), – там, где была власть, порядок, уверенность, вера, теперь анархия, смятение, безпринципные, неоправданные действия, сомнение и отчаяние» [16] . И вот сегодня мы в самом деле являемся свидетелями того, что так называемая демократия (по сути же – анархия) деградирует в тоталитаризм, и эта деградация прикрывается необходимостью борьбы с «международным терроризмом» [17] .

Обратим внимание на то, что из трех аллегорических зверей только один обозначает самого антихриста, а другие два обозначают антихристианские системы: систему власти и систему идеологической обработки людей.

Это очень важно для понимания современных явлений, при сопоставлении их с пророчествами Апокалипсиса. Различие в понимании аллегорических зверей не мешает им быть объединенными единой идеей – идеей духовного озверения, звериности, звероподобия людей. Апокалиптический «зверь» несет в себе такой отрицательный смысл, который не просто разрушителен с нравственной стороны, но и онтологически противоположен богозданной природе человека, антагонистичен духовно-разумному бытию.

Все три «зверя» Апокалипсиса суть только проявления одного и того же противобожественного принципа. Идея духовного озверения и богоборчества, достигнув апогея в своем развитии и реализации, воплотится наконец в личности антихриста, он станет ее главным представителем и осуществителем.

На то, что апокалиптические образы зверей говорят о звериности в людях, неоднократно указывает протоиерей Сергий Булгаков в своей книге «Апокалипсис Иоанна: Опыт догматического истолкования» (Париж, 1948 г.). Так, объясняя образ зверя из моря, о. Сергий пишет: «Сатана действует в мире чрез звериное и зверское начало человеческой жизни. Вот эта-то борьба зверя с Церковью и изображается в настоящей (13-й. – Авт.) главе. Конечно, и зверь здесь есть все-таки начало человеческое, лишь находящееся в состоянии озверения. Эта звериность в человеке выражающаяся в его зверскости как недобрая, плотская сила жизни ведома уже Ветхому Завету, который знает в ней предварение сатанинского, антихристова гонения. О нем говорится в книге прор. Даниила (как и в апокрифах, например, в 3 Ездре). Постольку VII-ая глава ее представляет прямую параллель XIII гл. Откровения, которое договаривает и довыясняет в свете новозаветном образы, ветхозаветные. Видение зверя созерцается тайнозрителем «на песке морском» (1) как «выходящего из моря». Последнее является здесь синонимом бездны, но может обозначать в данном случае и море народное, природное человечество, взятое со стороны его плотской и душевной жизни, в этом смысле его звериности. Зверь же в данном случае, очевидно, означает государство, притом не просто в смысле государственной организации правопорядка, вспомоществующей человечеству на путях его (о чем сказано у апостола: «несть бо власть аще не от Бога» (Рим. XIII, 1), но государственности тоталитарной, притязающей стать единственно определяющим и исчерпывающим началом в человеческой жизни. Такое государство, заведомо себя преувеличивающее в своем значении, является, тем самым, началом не просто языческим, но демоническим, оно есть земной лик сатаны или множественные его лики. Такое государство как царство земное противостоит Царствию Христову, борется с ним и силою вещей является – сознательно или бессознательно – силою антихристианской, орудием «князя мира сего», его царством, а главы этого царства – его личинами. <…>

Борьба зверя-государства есть особая и нарочитая тема Апокалипсиса, которая свойственна только ему и отсутствует в новозаветном откровении. В Ветхом Завете она выражается в борьбе с язычеством и его соблазнами, которые окружали избранный народ Божий и непрестанно его развращали. Наибольшей остроты это столкновение достигает, конечно, в гонении Антиоха Епифана, которое и отображается в апокалипсисе прор. Даниила (эта книга есть по типу своему, конечно, более апокалипсис, нежели пророческая). Здесь описываются и другие столкновения ветхозаветной Церкви с властью зверя (Валтасар, Навуходоносор). Но, конечно, только в новозаветном откровении этот антагонизм и борьба достигают окончательной непримиримости, и это выражено именно в Откровении Иоанна. В других новозаветных писаниях, как у ап. Павла и у ап. Петра (Рим. XIII, 1-7; Тит. III, 1; 1 Тим. II, 12; Петр. II, 13-17), ищется и находится известное примирение с государством, признание его как правового порядка вещей, обеспечения внешнего мира. Государство здесь служит человечеству как средство, а не самоцель, подчиняясь высшим нормам нравственности. В этом смысле и могло быть сказано: «несть власть аще не от Бога». Это признание божественной ценности права относится ко всякой власти, т. е. не только христианской, но и языческой, поскольку она служит своей правовой задаче, но ею и ограничивается. В тех же случаях, когда мы имеем дело с государством христианским, насколько таковое когда-либо существовало и может существовать, точнее, с государством христиан, для него возникают новые границы и задачи, именно служение христианской морали. Однако такое служение предполагает наличие известного духовного равновесия, при котором государство не выходит за пределы своих правовых целей. Но это состояние всегда остается неустойчивым, и государство превращается в зверя, когда оно за эти пределы выходит. Тогда оно, во-первых, из человеческого начала жизни становится звериным и зверским, утрачивая свои высшие духовные цели, и затем силою вещей превращается в демоническое, сатанинское, антихристово и тем самым вовлекается в прямую борьбу со Христом и Его Церковью.

Этот-то образ власти как зверя не только с его зверскостью, но и его безбожием и язычеством, а затем и активным антихристианством и дает Откровение. <…> Однако теперь, в свете современных событий, нельзя уже не видеть всей звериности власти (а также порой и ее зверскости), и откровение Апокалипсиса становится для нас доступным и современным, как бы новым и до сего неведомым. Но теперь оно должно быть воспринято и в церковную догматику как догмат о Церкви и государстве. В Откровении идет речь не только об отдельных исторических событиях, но и онтологических началах жизни в их диалектике и борьбе» [18] .

Источник и ссылки

Реклама